Раздел медицины:

Профилактика заболеваний

Значение эпидемиологии артериальной гипертонии для профилактики заболевания

12 Ноября в 4:36 2692 0
Популяционные исследования, посвященные изучению артериальной гипертонии (АГ), красноречиво свидетельствуют о масштабности данной проблемы.

В конце XX века частота АГ среди мужчин 20-54 лет значительно варьировалась в различных городах страны: 10,4 % в Якутске, 11,0 и 11,2 % в Тбилиси и Ашхабаде, 17,8 и 18,3 % в Нальчике и Ташкенте, 23,0 и 27,8 % в Москве и Таллинне, 31,1 % в Каунасе.

В последние годы отмечаетcя значительный рост распространенности артериальной гипертонии среди населения.

Обследование национальной репрезентативной выборки россиян в возрасте 15 лет и старше установило: повышенное артериальное давление (ПАД) в нашей стране имеют 42 млн человек, или 40 % (41,1 % женщин и 39,9 % мужчин) населения России. Возрастная структура распространенности АГ в Российской Федерации выглядит следующим образом: в возрасте старше 50 лет артериальной гипертонией страдает более половины населения, а в возрасте старше 60 лет – от 60 до 80 % населения.

Эта ситуация отягощается еще и тем, что о наличии АГ знают лишь 37 % мужчин и 59 % женщин. Среди них только 22 % мужчин и 46 % женщин принимают гипотензивные препараты, а эффективность проводимой терапии еще меньше – 6 и 17 % соответственно.

Сопоставимые данные получены и по Кабардино-Балкарии: эпидемиологические исследования организованного и неорганизованного городского и сельского населения республики выявили высокие уровни распространенности АГ (39-41 %) и других факторов риска (ФР) (гиподинамия, отклонения в питании, ожирение, курение, употребление алкоголя, стрессированность, дислипидемия (ДЛП) – 45-92 %), крайне низкие показатели осведомленности (24-39 %), охвата гипотензивным лечением (10-24 %) и эффективности последнего (8-18 %) как среди мужчин, так и женщин.

Артериальная гипертония является не только самым распространенным заболеванием в популяции, но и одним из ведущих ФР сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ): мозгового инсульта (МИ) – в 80 % случаев, ишемическая болезнь сердца (ИБС) – в 40 % случаев. У пациентов с АГ выявлено повышение общей смертности и смертности от ССЗ в 2-5 раз.

По данным рабочей группы Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ), Россия по смертности от ИБС и МИ занимает одно из первых мест в Европе. Среди мужчин в возрасте 45-74 лет на указанные болезни приходится 87,5 % случаев смерти вследствие ССЗ. Если учесть распространенность АГ и ее многочисленные осложнения (в первую очередь ИМ и МИ), то данную патологию можно считать самым тяжелым заболеванием взрослого населения.

К этому следует добавить, что современные массовые эпидемиологические и клинические исследования убедительно демонстрируют явное преобладание в клинике сердечно-сосудистой патологии мягкой формы эссенциальной артериальная гипертония (последняя себя практически не обнаруживает из-за отсутствия активных жалоб или невнимательного отношения индивида к собственному состоянию). В то же время, хотя индивидуальный риск МИ выше при тяжелой АГ, на долю «мягкой» АГ приходится наибольшая доля инсультов в популяции.

Исследования артериального давления

Традиционно клиницисты фокусируют свое внимание преимущественно на диастолическом артериальном давлении (ДАД), оценивая его индикатором успешной терапии больных с артериальной гипертонией. Действительно, снижение ДАД на 5-6 мм рт.ст. уменьшает вероятность возникновения мозгового инсульта на 42 %, развития ИБС – на 14 %, общей смертности вследствие сердечно-сосудистых заболеваний – на 21 %.

Вместе с тем, результаты современных эпидемиологических работ убедительно доказывают влияние повышенного систолического артериального давления (САД) на кардиоваскулярную заболеваемость и смертность. У многих пациентов систолическая АГ может быть более важным ФР возникновения кардиальной патологии, нежели повышение ДАД, что требует систематического контроля за обоими показателями.

Один из последних мета-анализов данных 10 исследований (более 9000 пациентов) показал: снижение САД в среднем на 12-13 мм рт.ст. достоверно влияло на риск развития ССЗ. При этом установлено уменьшение всех случаев ишемической болезни сердца на 21 %, число фатальных случаев ИБС на 27 %, общее число случаев МИ на 37 % и фатальных МИ на 36 %.

Положительный эффект снижения САД продемонстрирован также в проектах SHEP и SYST-EUR (соответственно 4736 и 4695 больных АГ пожилого возраста): в первом исследовании установлено снижение частоты мозгового инсульта на 36 % и ИБС – на 27 %, застойной сердечной недостаточности – на 49 %. Сопоставимое снижение риска кардиоваскулярных осложнений обнаружено и SYST-EUR.

Несмотря на определенные успехи в лечении больных АГ, смертность от МИ в мире в целом остается высокой. По данным ВОЗ (1999), за прошедшие 10 лет ежегодно из-за МИ умирало около 1 млн человек, и 15 млн выживших становились инвалидами. В развитых странах частота мозговой инсульта (с поправкой на возраст) примерно одинаковая – от 350 до 480 случаев в год на 100 000 населения.

Исключением являются лишь Россия – частота МИ высокая (630 случаев в год), и Франция, где частота МИ низкая (230 в год). Россия выделяется среди других промышленно развитых стран мира высокой смертностью от инсульта. Так, наша страна занимает 2 место по смертности от МИ, которая в 3-8 раз выше, чем в США, Франции и Швейцарии.

Более того, в отличие от Японии, США, Австралии и многих стран Западной Европы в России смертность от инсульта не только не снижается, но и растет. Поэтому крайне важна именно в нашей стране разработка и реализация системы мер первичной и вторичной профилактики мозгового инсульта. Наибольшее значение для предупреждения МИ, особенно у лиц молодого и среднего возраста, имеет артериальную гипертонию.

В большинстве проспективных исследований отмечена более тесная связь МИ с уровнем систолического артериального давления, чем диастолическом артериальном давлении. В проекте MRFIT среди мужчин относительный риск МИ в 10 дециле САД составил 8,2, а в 10-м дециле ДАД – лишь 4,4. Польза длительной антигипертензивной терапии у больных молодого, среднего и пожилого возраста не вызывает сомнения.

По сводным данным 10 рандомизированных исследований (около 20 000 пациентов 44-76 лет), длительное лечение привело к снижению АД в среднем на 14,4/6,5 мм рт.ст. При этом риск развития мозгового инсульта снизился в среднем на 37 %, ишемическая болезнь сердца – на 21 %, общая смертность – на 13 %. Расчеты показывают, что для снижения риска первого МИ у больных гипертонической болезнью (ГБ) на 20 % САД следует снизить примерно на 7,8 мм рт.ст., ДАД – на 3,5 мм рт.ст.

Менее очевидна польза длительной антигипертензивной терапии у лиц старческого возраста (80 лет и старше). По данным 7 рандомизированных контролируемых исследований, у больных старческого возраста продолжительное лечение достоверно снижало риск развития МИ (в среднем на 33 %) и сердечной недостаточности (на 39 %).

В то же время смертность от сердечно-сосудистых причин практически не снизилась, а в некоторых исследованиях даже имела тенденцию к повышению за счет увеличения смертности от инсульта (в среднем на 10 %). Следовательно, у больных старческого возраста длительная гипотензивная терапия требует осторожного подхода. Расчеты указывают на то, что длительная антигипертензивная терапия примерно в одинаковой мере снижает риск как первого, так и второго МИ.

На частоту АГ влияют климатогеографические факторы. Так, в структуре заболеваемости населения, проживающего в условиях Севера, преобладает ГБ в сочетании с атеросклерозом (АС). Показано, что экстремальные фак­торы Севера формируют клинико-патогенетические варианты нейро-цир­куляторной дистонии с преобладанием гипертензивных реакций.

Есть основания полагать, что эссенциальная АГ – это одна из типичных болезней адаптации к экстремальным условиям высоких широт, представляющая серьезную проблему географической патологии и экологической кардиологии данного региона. Выявлена статистически достоверная связь частоты декомпенсации ИБС и ГБ с повышением уровня атмосферного давления и концентрации фенола в городском воздухе Сургута.

В частности, декомпенсацию больных артериальной гипертонией и развитие мозгового инсульта в климатических условиях Севера отмечает «сезонность»: «пик» – ежегодно в феврале-марте и октябре-ноябре.

Изменения сердца при артериальной гипертонии

Наиболее частыми изменениями сердца при АГ являются гипертрофия левого желудочка (ГЛЖ) и диастолическая дисфункция левого желудочка (ЛЖ). ГЛЖ – независимый фактор риска кардиоваскулярной заболеваемости и смертности, а также основное доклиническое проявление поражения сердечно-сосудистой системы, которое повышает риск ИБС и ИМ, МИ и застойной сердечной недостаточности.

По данным Корнелльского и Фремингемского исследований, при наличии ГЛЖ риск смертельных и несмертельных осложнений повышается в 2-4 раза независимо от возраста, пола и др. ФР. Мужчины и женщины 35-64 лет с ЭКГ - признаками ГЛЖ по миннесотскому коду имеют соответственно в 10 и
19 раз больший риск сердечно-сосудистой смерти, чем лица того же возраста и пола без ГЛЖ.

У больных с ГЛЖ возрастает риск внезапной смерти и развития желудочковых аритмий, ишемической болезни сердца и недостаточности кровообращения. Частота ГЛЖ у больных АГ повышается с возрастом (от 6 % в возрасте до 30 лет до 43 % – старше 70 лет) и зависит от стадии болезни (от 20 % при мягкой и более 50 % при тяжелой). Диагностика ГЛЖ обусловлена применяемым методом: от 7 % по данным ЭКГ до 45 и 70 %, cоответственно по результатам ЭхоКГ и МРТ и вентрикулографии.

Частота и особенности течения артериальной гипертонии зависят от ряда факторов, среди которых есть место для условий жизни и производственной деятельности. Анализ данных литературы позволяет утверждать: бесспорным прогипертоническим действием обладают психоэмоциональное перенапряжение и шум, являющиеся обязательным производственным фактором ряда профессий (административно-управленческий аппарат, инженерно-технический персонал, финансовые и научные работники, машинисты локомотивов, авиадиспетчеры, водители транспортных средств).

Зависимость распространенности АГ от профессии подтверждена данными кооперативной программы, в рамках которой было обследовано более 70 тыс. работников различных предприятий в 27 регионах страны. Частота АГ среди мужчин 35-54 лет варьировала от 17,0 до 30,0 % (30,6 % у шахтеров, 22,6 % у работников автотранспортных предприятий, 26,4 % у машиностроителей Харькова, 27,4 % – Новосибирска, 27,8 % – Горького (Нижнего Новгорода).

Существует мнение о правомочности признания профессии как ФР артериальной гипертонии. По меньшей мере, наличие профессиональных аспектов у ГБ признают ряд авторов. Однако, судя по литературе, и сегодня сохраняется полярность суждений относительно влияния профессии на развитие ГБ – от отрицания до переоценки.

О высокой частоте АГ на ликеро-водочных и пивоваренных предприятиях, табачных фабриках известно было еще со 2-й половины прошлого века. Установлено влияние профессии на частоту АГ среди инженерно-технического персонала, административных, научных и счетных работников, врачей и телефонисток, радиооператоров и телеграфисток.

Достаточно высокими оказались уровни распространенности артериальной гипертонии среди работников образования (38,4 %). Также показано влияние гиподинамии в сочетании с производственным шумом, вибрацией, статическим положением, психоэмоциональным и зрительным напряжением на частоту ПАД.

Среди водителей автотранспорта (ВА) 25-65 лет в США частота АГ у негров оказалась 31,1 %, у белых 30,8 %. В России частота АГ зависела от вида автотранспорта: чаще – среди водителей автобусов (28,6 %), реже – среди водителей грузового транспорта (22,3 %). Частота артериальной гипертонии у водителей большегрузных автомобилей зависела от возраста: 13,7 % в 20-29 лет и
33,0 % в 30-39 лет; при этом 75 % ВА употребляли алкоголь, 82,3 % курили, 17,2 % имели ИМТ.

Показательно, что при наличии АГ частота ИБС у ВА повышалась в 2,5 раза по сравнению с лицами без АГ. Вместе с тем, были установлены особенности течения и вторичной профилактики ГБ у ВА, что позволило считать её профессионально обусловленным заболеванием.

Общепризнано мнение о том, что ленинградская блокадная гипертония является классической моделью эссенциальной артериальной гипертонии, и в ее генезе основную роль отводят мощному длительно действующему психогенному фактору, не отрицая значимости ряда других. При этом практическое значение имеет существование особенностей (специфики) клинического течения стресс-обус­лов­лен­ной АГ.

Не следует относить блокадную гипертонию к злокачественной АГ, она лишь имеет некие особенности течения: это раннее поражение органов-мишеней (ПОМ), несмотря на короткий период существования мягкой артериальной гипертонии. Возможное объяснение этому – сочетанное воздействие различных ФР (стресс, белковая недостаточность, гемодинамическая нагрузка на миокард и др.).

И в настоящее время не потеряла актуальности проблема повышенного артериального давления у лиц-участников боевых действий. Первые сообщения об изменениях сердечно-сосудистой системы у молодых участников первой мировой войны появились в 20-е годы прошлого века. Во время Великой Отечественной войны случаи ГБ участились, особенно злокачественные ее формы.

Важнейшим фактором, формирующим «военную» АГ, следует считать психоэмоциональный стресс. В частности, установлено АГ у бойцов переднего края встречалась в 3-4 раза чаще, чем у бойцов тыла. Кроме этого, выявлена связь частоты артериальной гипертонии от времени пребывания на передовой: среди лиц, участвовавших в боевых действиях менее 1 месяца, частота АГ составила 10,0 %, свыше 6 месяцев – 29,2 %. АГ обнаружена у 12,6 % офицеров состава Балтийского флота. А.Л.Мясников (1945) писал: «Резкая гипертония возникала чрезвычайно быстро после психической травмы у лиц весьма молодых, ранее имевших нормальное АД», тем самым подчеркивая специфику артериальной гипертонии в военных условиях.

Следует признать явно недостаточное внимание ученых к вопросам состояния здоровья участников войн, тем более и сегодня в мире нередко возникают «малые» и «средние» конфликты. В последнее время выполнять боевые задачи часто приходится не только военным, но и сотрудникам разных ведомств, чаще органам внутренних дел (ОВД). Развитие АГ во время боевых действий, выполнения оперативных и боевых задач – относительно новая проблема, которая должна привлечь пристальное внимание для поиска оптимальных путей решения вопросов, касающихся диагностики, лечения и реабилитации лиц с «боевой» (военной) АГ.

В настоящее время не вызывает сомнения первичная роль психических факторов (хронический или острый стресс) в развитии ГБ. Стресс приводит к функциональным нарушениям в деятельности систем мозга, которые контролируют регуляцию АД, нарушая баланс между прессорными и депрессорными факторами.

В дальнейшем это приводит к закономерным нарушениям регуляции давления в сосудах. В ряде исследований последнего времени обнаружено, что в патогенезе ГБ важную роль играют аффективные расстройства, чаще всего тревога и депрессия. Последние являются независимыми факторами риска, обусловливающими как развитие ГБ, так и прогноз выживаемости пациентов с сердечно-сосудистой патологией. При этом частота выявляемости депрессий и тревоги при ГБ превышает таковую при других психосоматических заболеваниях.

Более выраженная и длительная гипертензивная реакция в условиях психологического стресса выявляется у пациентов с различными психопатологическими изменениями. Ведущее место среди этих состояний занимают пограничные нервно-психические расстройства (ПНПР), в частности, невротические и неврозоподобные, представленные тревожным, обсессивно-фобическим, неврастеническим, депрессивным, ипохондрическим и истерическим синдромами либо их сочетанием. ПНПР наблюдаются у 60-80 % больных ГБ, они оказывают отрицательное влияние на течение заболевания, являются одной из причин снижения работоспособности, требуют особого подхода к лечению и реабилитации больных.

Обычно выделяют две группы расстройств:

1) психогенные, тесно связанные с реакцией на болезнь;

2) неврозоподобные расстройства сосудистого генеза, находящиеся в тесной зависимости от течения ГБ.

Cуществуют 2 точки зрения: согласно одной из них, ведущую роль в развитии ПНПР при артериальной гипертонии играют особенности личности, а не вторичные изменения центральной нервной системы (ЦНС), возникающие вследствие длительного повышения АД. Cогласно другой точке зрения, ПНПР возникают соматогенно, так как длительная АГ способствует формированию невротических реакций и неврозоподобных состояний.

Нередко с усилением психических расстройств соматические симптомы уходят на второй план, а ведущее место начинает занимать аффективная патология, в первую очередь тревога. В то же время встречаются случаи, когда выраженная картина основного заболевания маскирует психическую патологию. Наибольшего внимания заслуживает концепция «кольцевой зависимости», рассматривающая соматические и психические расстройства при АГ как единый патологический процесс, при котором возникает порочный круг взаимовлияния соматического заболевания и психических расстройств.


В настоящее время активно изучается вклад метаболических нарушений в становление и закрепление артериальной гипертонии, в ПОМ и развитие ИБС, сердечной и почечной недостаточности, расстройства мозгового кровобращения, инсультов, психозов и деменции. Поскольку АГ стала рассматриваться в рамках полиметаболического синдрома, включающего нарушения разных видов обмена веществ, в литературе практически нет попыток систематизации ПНПР при АГ с метаболическими ФР.

Относительно недавно (2002 г.) установлено наличие выраженной акцентуации личностных характеристик у больных артериальной гипертонией с метаболическими ФР: высокий уровень эмоциональной напряженности и дезинтеграции личности, cтремление привлечь внимание к своим проблемам; выраженная соматизация тревоги с сохранением высокого уровня тревоги и/или депрессии.

Наличие невротических и ипохондрических особенностей личности было выявлено более чем у 50 % больных АГ с метаболическими ФР. Эта категория лиц также склонна к более частому возникновению тревожно-деп­рес­сивных состояний, преобладанию более высокой импульсивности и индивидуальности.

Тревожные расстройства

В последние годы проведено значительное число исследований по изучению возможной взаимосвязи АГ и тревожных расстройств. При cравнении частоты панических атак, генерализованных тревожных расстройств и депрессии у пациентов с эссенциальной артериальной гипертонией и лиц с нормальным АД оказалось, что панические атаки и тревожные расстройства чаще регистрировались у пациентов с АГ, находившихся как на амбулаторном (17 %), так и стационарном (19 %) лечении, по сравнению с нормотониками (11 %). У больных АГ установлена достоверно большая выраженность признаков тревоги и депрессии, чем у лиц с нормальным АД. При наличии у больных артериальной гипертонией ПОМ были отмечены достоверно большие проявления депрессии.

Пациенты с АГ имеют более медленную скорость восприятия информации и худшую память, а также более высокий уровень тревожности, чем лица с нормальным АД (указанные характеристики не зависят от возраста больного и уровня его образования). Доказано, что наличие у больных белой расы 45-64 лет выраженной тревоги или депрессии отягощают течение АГ у пациентов, получавших гипотензивную терапию (ассоциированный риск 2,36 и 1,89 соответственно).

У молодых (25-44 лет) лиц белой расы средние уровни тревоги и депрессии также были независимыми предикторами прогрессирования имеющейся артериальной гипертонии. Интерес представляет связь симптомов психологического дистресса, тревоги и гнева у больных 35-54 лет с впервые диагностированной АГ. Алекситимия (невозможность сформулировать свои жалобы), представляющая собой нарушение эмоционального фона, является фактором, сопровождающим повышение АД и, возможно, отягощающим течение АГ.

Таким образом, у пациентов с артериальной гипертонией определяется повышенная частота и большая выраженность тревожных расстройств, депрессивных эпизодов, панических атак, алекситимии и нарушения когнитивных функций.

Взаимосвязь тревожности с АГ подтверждает также снижение АД при коррекции тревожных расстройств. Изучение влияния поведенческой терапии (специальные занятия с психологом по коррекции поведения) на течение АГ установило: при повторном измерении АД через 6 мес. в группе больных, получавших «поведенческую терапию», установлено достоверное снижение систолического артериального давления и диастолического артериального давления, а у больных артериальной гипертонией контрольной группы подобный результат не достигнут.

Также обнаружен эффект релаксационной терапии; последняя рекомендуется как дополнительный метод снижения АД у пациентов с эссенциальной АГ. Необходимость дифференцированного подхода к назначению методов психорелаксационной терапии больным АГ в зависимости от личностных характеристик, а также целесообразность добавления противотревожного препарата этилзолама при коррекции АД у больных с эссенциальной артериальной гипертонией показаны отечественными и зарубежными исследованиями. Эти работы свидетельствуют о существенном повышении эффективности гипотензивной терапии при рациональной коррекции тревожных расстройств.

В отдельных работах предприняты попытки изучить патогенетические аспекты взаимосвязи тревожных расстройств и АГ. Показано, что пациенты с высоким уровнем ренина в плазме крови более чувствительны к эмоциональным стрессам, в то время как у больных с гипоренинемией наблюдаются показатели низкого эмоционального стресса, что существенно влияет на поведенческие и социальные характеристики этих пациентов.

В другом исследовании, посвященном связи активности симпатической нервной системы с наличием тревоги и АГ, изучены функции норадренергической и серотонинергической систем у больных с посттравматическими стрессовыми нарушениями, что позволило сделать вывод о существовании двух нейробиологических подгрупп больных с посттравматическими стрессовыми нарушениями, более чувствительных к активности норадренергической и серотонинергической систем; также подчеркивается взаимосвязь между состоянием этих систем, уровнем панических и тревожных расстройств и величиной АД.

Резюмируя научные сведения о возможном влиянии уровней тревожности и депрессии на течение и прогноз артериальной гипертонии у больных, можно заключить: развитие эссенциальной гипертонии ассоциируется с наличием у пациентов повышенного уровня тревожности, что, возможно, является одним из предикторов ее возникновения и прогредиентного течения. Поэтому своевременная диагностика и коррекция тревожных расстройств позволят повысить эффективность лечения и профилактики АГ.

Именно этим и обусловлено повышенное внимание к данному разделу, ибо ЛОП и опасных профессий (ОП) отличаются различными астено-ипохондрическими, тревожными расстройствами и признакамии депрессии, возникающими в процессе выполнения в рамках профессиональной деятельности боевых и оперативных задач в военных и (или) экстремальных ситуациях. Знание и учет особенностей психоэмоционального реагирования лиц с АГ, возможно, усилит результативность профилактических и лечебных мероприятий по контролю за уровнями АД среди населения в целом и особых профессиональных групп, трудовая деятельность которых сопряжена не только с постоянным психоэмоциональным стрессом, но и с угрозой для жизни.

Итак, психологические особенности играют определенную роль в развитии артериальной гипертонии, оказывают существенное влияние на ее течение, поэтому рационально и ценно использование методов психодиагностики для оценки исходного психологического статуса больных АГ, применение полученных данных для разработки прогностических критериев эффективности разных способов коррекции обнаруженных нарушений. Данное предложение имеет непосредственное отношение к проблеме разработки эффективной терапии и действенной профилактики АГ среди ЛОП и ОП.

Состояние здоровья, наличие ряда заболеваний определяют уровень профессиональной работоспособности. В многочисленных исследованиях ус­та­новлено влияние артериальной гипертонии на состояние профессиональной работоспособности, качество жизни (КЖ) пациентов, связь ухудшения трудовых способностей как от выраженности АГ, так и от характера и способа гипотензивной терапии.

Так, гигиеническими, эпидемиологическими, клинико-инструменталь­ными, психофизиологическими исследованиями установлено негативное влия­ние АГ, ишемической болезни сердца на систему оперативного реагирования, определяющую качество труда ЛОП. Вместе с тем, у последних применение ряда медикамен­тов (антигистаминных, снотворных, гипотензивных) также ухудшает профес­сионально значимые функции и качества (ПЗФиК), что отражается на профессиональной работоспособности (внимание, скорость принятия решения и его реализация) и повышает вероятность развития производственных конфликтов, например, дорожно-транспортных происшествий (ДТП).

Специальными работами доказана роль артериальной гипертонии в системе безопасности дорожного движения (БДД): гипертония расценена как управляемый фактор риска дорожных инцидентов.

Эмоционально-напряженный, монотонный труд обычно приводит к утомлению и полусонному состоянию, изменению функции зрительного анализатора работающих, что, естественно, сказывается на качестве выполняемых профессиональных обязанностей и повышает вероятность принятия ошибочных решений.

Это очень важно в плане возникновения катастроф – автодорожных, железнодорожных и авиационных, что считается актуальной проблемой транспортной медицины. Острота данной проблемы усиливается, если снижаются функции оперативного реагирования у лиц, выполняющих оперативные и боевые задачи (например, военных, сотрудников отдельных подразделений ОВД). Для последних, как и ЛОП, характерен ненормированный режим деятельности, что расстраивает хронобиологические системы регуляции организма.

Хронобиологический фактор

В ряде исследований убедительно доказано негативное влияние хронобиологического фактора на важнейшие системы человека, прежде всего нервную, гуморальную и сердечно-сосудистую. Уже определен термин для обозначения отдельных заболеваний, возникающих при ломке ритма жизнедеятельности (режима питания, работы, сна и отдыха), – «десинхроноз».

Профессиональная деятельность в ночное время и (или) ранний подъем – типичны для работы ЛОП и ОП. При наличии у них даже начальных стадий АГ высока вероятность ночных или утренних гипертонических пиков, что является ФР кардиоваскулярных осложнений вплоть до ВС. В частности, риск ВС в среднем на 70 % выше в утреннее время (пиковый период) по сравнению с остальными периодами суток. Следует выделить риск развития внезапных жизнеугрожащих состояний также при значительном снижении АД под влиянием терапии у лиц с АГ, и в части случаев – в связи с эмоционально обусловленными гипертоническими пиками без АГ.

Образ жизни ЛОП и ОП – это особый, специфический стиль, обычно отягощенный «вредными» привычками (курение, употребление алкоголя, НФА) в сочетании с постоянным психоэмоциональным стрессом. Под действием последних меняются личностные черты и свойства реагирования, сопровождающиеся тревожностью, астено-ипохондрическими симптомами, признаками депрессии, что негативно сказывается как на состоянии здоровья, так и на результатах труда.

Вместе с тем, крупными научными работами установлено снижение устойчивости, продуктивности, концентрации и распределения внимания, тревожные расстройства и депрессия у больных с стресс-индуцированной формой артериальной гипертонии («гипертония рабочего места»). Наблюдаются ухудшение опосредованного запоминания и тенденция к снижению кратковременной памяти, возникновению ПНПР.

При АГ нарушается автономная регуляция церебрального кровообращения, что может сопровождаться функциональными расстройствами ЦНС (уменьшение скорости сенсомоторных реакций, подвижности основных нервных процессов в коре головного мозга, снижение качества переработки информации).

Следует добавить, что, как отмечалось выше, высокоответственная и эмоционально напряженная работа, характерная для ЛОП и ОП, приводит к нарастанию тревоги и невротизации, психической дезадаптации и прогрессированию ПНПР, что приводит к выраженным изменениям системы оперативного реагирования, ПЗФиК, а, следовательно, ошибкам в работе со всеми вытекающими последствиями – вплоть до угрозы жизни.

Это означает, что продолжение работы ЛОП, в т.ч. и ОП, страдающими АГ, способствует прогрессированию болезни, усугублению психосоматических расстройств, снижению трудовых качеств в условиях профессиональной стрессированности, ухудшению прогноза жизни. При этом нередко наблюдается резистентность болезни к осуществляемой антигипертензивной терапии, что еще более повышает вероятность развития серьезных осложнений вплоть до жизнеугрожающих пароксизмальных состояний и ВС.

Особое внимание к ЛОП обусловлено тем, что АГ у них (например, ВА) имеет не только медицинские (хорошо известные), но и социальные аспекты: влияние болезни на систему оперативного реагирования и работоспособность (ухудшение качества, повышенная вероятность принятия ошибочных решений), что достоверно повышает риск возникновения ДТП:
в 2,5 раза при наличии артериальной гипертонии у ВА.

Результаты проведенных исследований достаточны для утверждения: ГБ у ВА достоверно снижает ПЗФиК, что означает ухудшение надежности и повышение риска ДТП. Подтверждением влияния АГ на работоспособность ВА является обнаружение у ВА с АГ I cтепени до начала работы нарушений отдельных гемодинамических показателей (увеличение сердечного выброса, системного АД, общего периферического сосудистого сопротивления (ОПСС) при сравнении с ВА без АГ). В течение рабочего дня продолжается повышение ОПСС на фоне сохранения высокого сердечного выброса. В этой связи значимо изучение не только физических составляющих профессиональной работоспособности ЛОП и ОП, но и психофизиологических.

Это означает необходимость широкого использования методов психофизиологической диагностики, как в статике, так и в динамике (речь идет о профессионально значимых функциях и качествах индивида). Дополнительным обоснованием данного положения является регистрация преходящих нарушений функций анализаторов (зрительного, слухового) и системы кровообращения у части ЛОП, которые могут возникать внезапно во время выполнения ими своих обязанностей.

К тому же, артериальная гипертония у 1/3 ЛОП протекает с ГК (в 20-28 % с осложнениями – энцефалопатия, МИ, ИМ, аритмии сердца, сердечная недостаточность), что также требует своевременной клинической диагностики и профилактики в рамках клинико-инструментального и психофизиологического мониторирования лиц с АГ.

Как следует из вышеприведенного, АГ влияет на состояние трудоспособности людей различных профессий. Кроме этого, качество и полнота профессиональных обязанностей зависит и от способа гипотензивной терапии лиц ОП и ЛОП. Вот почему чрезвычайно важны и особо актуальны в современных условиях специальные исследования по изучению эпидемиологии, особенностей клиники и профилактике стресс-индуцированной АГ.

Важным информационным блоком настоящего раздела нужно признать информацию о влиянии ЛС, наркотиков и алкоголя на профессиональную работоспособность. Сегодня весьма актуально избыточное и необоснованное применение ЛС, употребление нелегальных ЛС (наркотиков), психотропных препаратов, способных ухудшать умственные и психические функции, а также качество трудовых операций.

К примеру, показано: рост употребления психотропных препаратов ЛОП – потенциальный, но грозный риск ухудшения безопасности траспортного потока. Усиление отрицательного влияния ЛС (нейролептиков, опиатов, барбитуратов, седативных, снотворных и транквилизаторов) на здоровых ВА и с артериальной гипертонией при их комбинации и/или с приемом алкоголя продемонстрировано в ряде исследований.

В литературе имеются сведения о скромной роли ЛС в возникновении ДТП. По мнению экспертов, некоторые препараты определенно ухудшают выполнение операторских функций у отдельных индивидуумов. Использование ЛС даже в обычных дозировках снижает умственную работоспособность, замедляет восприятие, обработку поступающей информации и скорость принятия соответствующего решения.

Подтверждением этому является связь 10-20 % ДТП с приемом водителями ЛС в течение 24 предшествовавших дорожному инциденту часов. Кроме этого, 10-15 % пострадавших в результате автокатастроф связывают с употреблением ВА лекарств. Комплексный анализ ДТП свидетельствует: 6-13 % участников транспортных аварий в Англии и 1-3,7 % погибших ВА в Сингапуре принимали лекарства (бензодиазепины, опиаты). До 20 % шоферов в Индии принимают алкоголь и отдельные медикаменты в процессе управления автомобилем. Рост потребления психотропных средств (гипнотических, стимуляторов и наркотиков) в терапевтических целях в настоящее время следует считать существенным потенциальным риском БДД.

Заслуживают внимания и так называемые обычные побочные эффекты (ПЭ) применения ЛС, прежде всего – развитие сонливости, заторможенности, нарушения слуха и зрения, сверхзначимые для всех ЛОП и особенно ОП.

Проведенный анализ отечественной и зарубежной литературы позволяет утверждать: мало исследований, посвященных изучению ССЗ (и прежде всего АГ) среди лиц ОП, практически нет специальных эпидемиологических и клинических исследований частоты АГ и факторов риска среди военных, сотрудников ОВД, взаимозависимости ПАД и профессиональной работоспособности, а также по разработке адекватных методов вторичной и профилактики АГ.

Решение указанных аспектов актуальной клинической проблемы артериальной гипертонии среди специфической популяции имеет, по нашему мнению, с учетом медицинской и социальной значимости обсуждаемого вопроса важное практическое и теоретическое значение.

А.А. Эльгаров, А.Г. Шогенов, Л.В. Эльгарова, Р.М. Арамисова
Похожие статьи
показать еще