Для здоровья:

Участие мутаций митохондриальной ДНК в старении

1304 0
Участие мутаций митохондриальной ДНК в старении

Важно не количество, а качество

Еще одно открытие, казалось, не оставило никакой лазейки, будь то порочный круг или нет, для участия мутаций митохондриальной ДНК в старении: реально лишь очень немногие клетки вообще содержат мутантные митохондрии.

Да, у пожилых людей небольшая доля клеток - около 1% - заняты митохондриями со своим дефектом ДНК в каждой; но 99% клеток в этом отношении не страдают.

Разве может 1% иметь значение?

Многие биогеронтологи сочли, что эти данные покончили с любыми теориями, утверждающими важность повреждения митохондрий в старении. Если в почти каждой клетке организма сохраняется такой же уровень производства аденозинтрифосфата (АТР), как в молодости, и ущерб от свободных радикалов не больше, чем был в расцвете сил, то вряд ли возможно, чтобы незначительная доля клеток, да еще с низким уровнем энергообеспечения, в митохондриях которых, однако, образуется не больше свободных радикалов, чем в соседних клетках (фактически вообще не образуется), оказывала существенное негативное влияние на функционирование своей ткани или организма в целом. С этой точки зрения теория старения на основе митохондриальных свободных радикалов приказала долго жить.

Такова была ситуация в середине 1990-х годов, когда выяснилась неудовлетворительность науки о старении. Печальное состояние теории митохондриальных свободных радикалов привело к новому синтетическому подходу. С одной стороны, имелись веские факты в поддержку центральной роли митохондриальных свободных радикалов в старении; с другой стороны, теории порочного круга (в том виде, в каком они были тогда) не согласовывались с новыми данными. Во-первых, удалось объяснить, каким образом в стареющих клетках накапливаются митохондрии, несущие одну и ту же мутацию, а не случайный их набор (что предсказывалось теорией порочного круга); во-вторых, удалось объяснить, каким образом малое число клеток с мутантными митохондриями может двигать старение организма в целом. Давайте рассмотрим эти аспекты по очереди.

Выживание худших

По теории порочного круга в каждой митохондрии на протяжении ее существования медленно накапливаются небольшие случайные изменения. Тот факт, что в клетках, содержащих мутантные митохондрии, все эти органеллы несут одну и ту же мутацию и мутантные митохондрии полностью вытесняют все нормальные, доказывал неверность этого положения.

Единственной разумной альтернативой представлялась "клональная экспансия": в одной митохондрии происходит негативное изменение, и ее потомки мало по малу занимают всю клетку. Вспомним, что митохондрии размножаются делением на две части наподобие амеб: в "родительской" органелле копируется ДНК, так что образуются две идентичные копии исходного материала и соответственно два идентичных потомка, каждый из которых несет точную копию и всякой мутации, имевшейся в "родительской" органелле. Поэтому представлялось несомненным, что "клон" одинаковых мутантных митохондрий в клетке является продуктом одной митохондрии, в которой произошла данная мутация и которая передала ее своему потомству, вытеснившему все прочие митохондрии и занявшему все их места.

Однако парадоксальна сама мысль о том, что митохондрии с мутантной ДНК каким-то образом завоевывают доминирующее положение в клетке. Ведь эти органеллы так или иначе дефектны, в их ДНК из-за свободнорадикальной атаки или из-за ошибки репликации не хватает одного или более крупных участков. Хотя изредка мутации оказываются полезными - иначе не шла бы эволюция - крайне маловероятно, чтобы такое событие случалось снова и снова, и чтобы в результате случайных мутаций в далеко не рядом находящихся клетках определенная митохондрия получала дарвиновское приспособительное преимущество над другими митохондриями. И таки известно, что наблюдаемые в митохондриях мутации вредоносны: они полностью лишают органеллу способности осуществлять окислительное фосфорилирование и тем самым - обеспечения аденозинтрифосфатом.

Идея "клональной экспансии" также плохо согласуется с тем фактом, что многие различные мутации могут вызывать вытеснение какими-то определенными митохондриями всех прочих. В то время как в пределах одной и той же клетки все мутантные митохондрии содержат одну и ту же специфическую мутацию, в другой подобной клетке могут быть митохондрии, содержащие совершенно другую мутацию.

Выходило, что есть не одна специфическая мутация, дающая мутантной митохондрии селективное преимущество, а множество мутаций, возникших независимо в единичных митохондриях в далеко находящихся друг от друга клетках, несут ту же конкурентоспособность.

Все эти различные мутации имели нечто общее. Они вызывают не умеренные изменения, повреждая какой-то один белок, - все они принадлежат к типу мутаций, результатом которых является прекращение синтеза всех 13 белков, кодируемых митохондриальной ДНК. Вот это общее свойство и могло быть ключом к ответу на вопрос, почему мутантным митохондриям удается доминировать.

Чем же такие митохондрии отличаются от обычных, нормальных? Они, ясное дело, не производят много АТР, давая клетке только небольшое количество энергии за счет начальных этапов извлечения химической энергии из питательных веществ; это количество составляет лишь часть того, что дает функционирующая система окислительного фосфорилирования. Такое положение, разумеется, плохо для клетки, но мало повлияет на саму митохондрию, которая в норме отдает практически весь продуцируемый ею аденозинтрифосфат. При сокращении отдачи энергии мутантная митохондрия имеет селективное преимущество, было ясно, что - вопреки первому впечатлению - сокращение отдачи энергии на деле не является прямым недостатком по сравнению с другими митохондриями данной клетки, который мог бы помешать доминированию.

Другое отличие митохондрии, не способной к окислительному фосфорилированию, от других митохондрий в пределах клетки представлялось более похожим на преимущество: в такой митохондрии больше не образуются свободные радикалы. Напомню, что свободные радикалы возникают при утечке электронов в регулируемых каналах, по которым идет поток протонов в "резервуары", движущий "турбины" во внутренней мембране митохондрий. Если сама система протонных насосов отсутствует, то и утечки никакой нет - и нет свободных радикалов.

Отсутствие необходимости справляться с постоянным свободнорадикальным разрушением представляется полезным для митохондрии, но неясно, как именно оно ведет к конкурентному преимуществу по сравнению с окружающими нормальными органеллами. Правда, прекращается бомбардировка ДНК, но она к этому моменту уже повреждена (делецией).

Ясно также, что внутренняя мембрана митохондрии более не испытывает атак свободных радикалов, но опять же это, по-видимому, не имеет значения для старения, так как в митохондриях мембраны в любом случае постоянно рвутся и заменяются, будь то во время репликации или под конец их краткой индивидуальной жизни, когда митохондрия с дефектными мембранами отправляется в клеточную "печь для сжигания мусора".

Реутилизация отходов

Что заставляет митохондрии отправляться в клеточную систему утилизации отходов? Чтобы точно ответить на этот вопрос, требуется еще много работы. Тем не менее, уже тогда, когда Алекс Камфорт критиковал теорию старения, базирующуюся на образовании свободных радикалов в митохондриях, бытовало мнение, что существует некий избирательный процесс, специфически отмечающий старые, поврежденные органеллы для разрушения. Но эту точку зрения нельзя принимать на веру без доказательств. Долгое время считалось, что некоторые компоненты клетки находятся в кругообороте постоянного процесса случайной реутилизации: лизосомы (точнее, особая разновидность предшественников лизосом, называемая аутофагосомами, или аутофаговакуолями), циркулируя по клетке, поглощают различные клеточные компоненты, хватая что попадется, просто набирая случайным образом определенное количество материала, так что рано или поздно всякая структура клетки включается в круговорот и обновляется.

Но теперь более распространено иное представление: лизосомы поглощают белки и другие клеточные компоненты целенаправленно. Отчасти это просто способ использования скудных ресурсов. Представим себе, что для сборки старых разрушающихся транспортных средств с дорог (для уменьшения загрязнения воздуха; сокращения выделения в атмосферу газов, усугубляющих парниковый эффект; благоустройства территорий; снижения цен на металлы благодаря их реутилизации), власти рассылают по стране специальных агентов, которые, нецеленаправленно осматривая небогатые районы, случайным образом отбирают машины для отправки на свалку. Такая деятельность дала бы кое-какие результаты, но было бы зря уничтожено много вполне работоспособных автомобилей (даже если не касаться вопроса о праве частной собственности).


Но в некоторых случаях имеются более веские основания считать, что "на свалку" отправляются не случайно попавшиеся, а определенные органеллы. Некоторые клеточные компоненты, превысив срок своего полезного функционирования, становятся явно токсичными для клетки, если их быстро не ликвидировать. Подобно заколдованной метле в "Фантазии", которая наполняет бочку водой до тех пор, пока та не перельется, так что вода затопит помещение, многие белки и органеллы приносят пользу лишь какое-то ограниченное время; когда же их роль исчерпана, их нужно убрать, что в клетке означает разрушение для последующей реутилизации.

Например, для мобилизации сил иммунной защиты на борьбу с проникшим в организм патогенным агентом требуется образование "провоспалительного" фермента, но, если дать этому ферменту действовать, способствуя воспалительному процессу, и после ликвидации угрозы, то разовьется разрушительное хроническое воспаление, проявляющееся по типу аутоиммунных заболеваний вроде ревматоидного артрита или системной красной волчанки.

Есть весомые причины, в силу которых клетке нужно разрушать митохондрии с мембранами, поврежденными свободными радикалами. Вспомним, что внутренняя митохондриальная мембрана играет роль плотины перед резервуаром протонов, движущих энергогенераторную "турбину" комплекса V. "Дырки" в этой мембране означают истощающую резервуар утечку - холостой выход протонов, без генерации АТР. Факты, свидетельствующие в пользу этого представления, а именно утечки из-за поврежденных мембранных молекул, были обнаружены еще в 1970-е годы.

"Протекающие" митохондрии причиняли бы серьезный ущерб ограниченным ресурсам, ведь цепь переноса электронов продолжала бы работать, тратя извлекаемую из пищи энергию на бесплодные попытки заполнить протонный резервуар. Происходящие из питательных веществ электроны продолжали бы поступать в цепь, использующую их на перекачку через мембрану протонов, которые тут же "утекали" бы обратно, не создавая электрохимического градиента, необходимого для трансформации энергии в нужную клетке форму, без генерации аденозинтрифосфата. Запасы энергии в клетке истощались бы, питательные вещества тратились бы на производство не АТР, а тепла, т.е. впустую.

Более того, из-за повреждений внутренней митохондриальной мембраны многие более мелкие белки внутримитохондриального пространства смогут выйти из митохондрии в цитоплазму. Если при этом они сохранят активность, то, очутившись в неположенном им месте, могут оказаться токсичными для клетки.

Для клетки прямой смысл иметь на месте какой-то механизм, обеспечивающий отправку митохондрий в лизосомы для разрушения, когда митохондриальные мембраны повреждаются в результате их собственной деятельности. Это предсказание, по-видимому, сбывается: недавно обнаружены (у дрожжей) специфические направляющие белки, которые метят митохондрии для лизосом. Пока еще неизвестно, каким образом в клетке решается, которые из митохондрий нужно пометить, но показано, что образование "дырок" в митохондриальной мембране вызывает некий сигнал, увеличивающий скорость отправку митохондрий "на свалку".

Можно только приветствовать ликвидацию в клетке дефектных и потенциально токсичных компонентов, и природа, как всегда, выработала отличный способ, обеспечивающий это. Но вот что было очевидно: по иронии судьбы, крупные делеции митохондриальной ДНК позволят несущей их органелле ускользнуть от того самого механизма, который должен обеспечивать внесение митохондрии в "черный список" на уничтожение.

Когда в митохондрии случается мутация того типа, что накапливаются с возрастом, в ней тут же прекращается окислительное фосфорилирование, а с ним - образование опасных свободных радикалов. Но сниженное образование свободных радикалов, в свою очередь, ведет к уменьшению причиняемого свободными радикалами вреда. Не забудьте, что, согласно превалирующей теории порочного круга мутации митохондриальной ДНК умножаются, так как из-за них митохондрия производит больше свободных радикалов, чем немутантные органеллы. Вот тут сторонники этой теории и делали ошибку.

Что скрывается за чистыми мембранами

Мутантные митохондрии получают преимущество над нормальными. Даже в совершенно нормально функционирующей митохондрии постоянно с некоторой мало варьирующей небольшой скоростью образуются свободные радикалы, вызывающие повреждение мембран. Через несколько недель это повреждение достигает уровня, при котором митохондрии отправляются "на свалку", и тогда в клетке возникает сигнал к новому циклу размножения митохондрий, чтобы заменить вышедшие из строя "энергостанции".

Но этот процесс отсеивает только митохондрии с поврежденными мембранами; в них ДНК еще способна обеспечить транспорт электронов, ведущий к свободнорадикальному повреждению их мембран. Митохондрии с интактными (не затронутыми) мембранами, но поврежденной ДНК не будут иметь внешних признаков своих внутренних дефектов и ускользнут от Ангела Смерти.

После того, как определенное количество поврежденных митохондрий отправится на уничтожение лизосомами, в клетке возникнет сигнал к репликации митохондрий. Некоторые из оставшихся митохондрий или все они станут воспроизводить себя. А поскольку органеллы с крупными делециями ДНК почти всегда избегают печальной участи имеющих внешне выраженные повреждения, они получают возможность размножаться, тогда как многие митохондрии с поврежденными мембранами, но генетически интактные (!) исключаются из оборота прежде, чем успевают воспроизвести себя. Таким образом, мутантные митохондрии получают селективное преимущество над немутантными: всякий раз, когда происходит репликация митохондрий, все больше и больше таких органелл остаются вне отбраковки, а генетически нормальные органеллы выбраковываются и уничтожаются как "мусор".

Так действует эволюция живых существ. Среди животных те особи, которые медленнее бегают или менее успешно ищут пищу, или хуже видят, легче становятся добычей хищника, более подвержены воздействию окружающей среды или болезням, из-за чего не успевают результативно размножиться и передать свои гены следующим поколениям. Тем временем другие, лучше приспособленные особи получают больше шансов оставить потомство, которое будет нести в своих генах то, что обеспечило преимущество, и тем самым оно закрепляется в череде поколений. Постепенно гены, обусловливающие лучшее приспособление к опасным факторам внешней среды, становятся доминирующими в популяции.

В клетке выживанию митохондрий угрожает разрушение лизосомами - своего рода хищниками, благодаря которым выживают лишь митохондрии, пригодные для безопасного производства потребной клетке энергии. Путь, которым эволюционируют (да, эволюционируют!) митохондрии, - это способ маскировки, скрывающей их от "глаза хищника". Совершенно нефункциональные митохондрии благодаря отсутствию повреждений в мембранах выглядят нормальными для механизма клеточного надзора. Эти органеллы, как фарисеи, чисты снаружи, но черны внутри.

Эта концепция "замаскированных мутантов" впервые дает последовательное объяснение преобладания в клетках дефектных митохондрий. SOS (от англ. Survival of the Slowest - выживание самых медленных, или, шире, худших) - постулируется приспособительное преимущество бездействующих ("медленных", или худших) митохондрий в дарвиновской борьбе за существование во внутриклеточных "джунглях".

Теперь, объяснив, каким образом в небольшом числе клеток "приходят к власти" дефектные митохондрии, придется ответить на быть может, еще более важный вопрос: каким образом эти клетки, составляющие лишь небольшую долю всех клеток организма, движут старение всего организма?

Ди Грей Обри
Похожие статьи
  • Старение: развал клеточной энергетики

    Клеточные органеллы, называемые митохондриями, играют большую роль в старении в связи с действием высоко реакционноспособных химических соединений - свободных радикалов. В середине 1990-х годов, она еще не была четко определена: данные и их интерпретации были противоречивы, единого понимания фактиче...

    Геронтология или старение
  • Инженерное омоложение

    Существуют несколько тезисов, которые очень эффективны в борьбе со старением: стареть плохо, как бы мы не старались забыть об этом; старение - не тайна за семью печатями, его возможно существенно отсрочить, по крайней мере, в экспериментах на животных; однако методы, позволившие достичь этого в лабо...

    Геронтология или старение
  • Отсрочка старения в лабораторных условиях

    Старение не является таинственным феноменом, мистически недосягаемым для нас, простых смертных. Для большинства людей теоретические рассуждения не вполне убедительны, даже если они безупречны. Психологически легче принять вывод, если он подкреплен весомыми фактами. Вы будете приятно удивлены узнать,...

    Геронтология или старение
  • Развенчание мифов о старении

    Психологически старение держит людей мертвой хваткой с тех самых пор, как они осознали его существование, и хватка эта не ослабевает по сей день. Какое влияние это имеет на желание (или нежелание) людей разумно относиться к трагедии старения, а также пытался объяснить, почему иррациональное ...

    Геронтология или старение
  • Убойная сила старения

    Как вы думаете, сколько жизней вы можете спасти в течение своей жизни? Это не игра словами, а вполне серьезный вопрос. Когда мы говорим о спасении жизни, имеется в виду, что в результате наших действий "спасаемому" дается шанс прожить дольше, чем он иначе прожил бы.

    Геронтология или старение
показать еще