Иммунотерапия рака в Европе: проблемы и перспективы

701 0
Иммунотерапия рака в Европе: проблемы и перспективы
Бурное развитие иммунотерапии рака в Европе не только открывает новые возможности, но и ставит перед обществом новые проблемы.

Прогресс в европейской онкологии стремительный.

Никто из присутствовавших на Столичном конгрессе по медицине и здравоохранению в Германии (Hauptstadtkongress Medizin und Gesundheit, HSK 2019) не смог усомниться в этом факте.

«Группа поддержки больных раком легких с очень редкой мутацией ROS1 в качестве причины заболевания? Никогда не было такой группы. В прошлом все эти люди быстро умирали. Теперь они внезапно становятся категорией пациентов, переживших рак — конечно, это впечатляет», - сказал профессор Карстен Бокемейер из Онкологического центра при Университетской клинике Гамбург-Эппендорф.

Тот факт, что подобные группы поддержки существуют сегодня в Европе, является следствием доступности высокоэффективного инновационного лечения для этой очень небольшой группы.

Поэтому профессор Бокемейер говорил об энтузиазме в европейской онкологии, вызванном быстрым развитием персонализированных методов терапии.

Генетика служит исследователям рака

Нет сомнений — методы лечения рака меняются в быстром темпе. Грубые средневековые мечи против 300 болезней (хирургия, радиотерапия, химиотерапия) постепенно заменяется высокоточным таргетным оружием.

Тот факт, что наука все лучше и лучше справляется с генетической основой рака, манипулируя иммунной системой или подавляя определенные сигнальные пути, дает врачам возможность делать вещи, которые были неосуществимы пару лет назад.

Следующие примеры показывают это:

Множественная миелома

За последние десять лет было одобрено много новых лекарств против множественной миеломы, которые значительно улучшили лечение этого редкого рака крови.

«Все эти варианты увеличили выживаемось пациентов до 10 лет вместо 3,5 лет в 1995 году. Инновационные лекарства, которые стали доступны относительно недавно, улучшили показатели втрое», - говорит немецкий профессор.

Метастатический немелкоклеточный рак легкого

Это рак, который является «примером чрезвычайно сложной молекулярной медицины» для онколога из Гамбурга. Университетская больница Гамбург-Эппендорф сегодня регулярно выполняет генетический анализ опухолей легкого, результаты которого служат основой для планирования таргетной терапии.

К сожалению, клетки НМРЛ быстро становятся резистентными к терапии. После этого выполняются следующие анализы, потому что сегодня существуют эффективные препараты против некоторых типов резистентности.

Местные онкологи делают ставку на генетику, которая помогает разрабатывать препараты с низкой токсичностью и высокой продолжительностью ответа.

Метастатическая меланома

Каждый второй пациент с меланомой имеет так называемую мутацию BRAF. Благодаря успешному комбинированию двух ингибиторов тирозинкиназы, около 30% пациентов все еще живы через пять лет после начала терапии.

«В прошлом пациенты обычно умирали от метастатической меланомы в среднем через двенадцать месяцев, что бы вы ни делали», - констатирует Бокемейер.

Иммунотерапия

По словам профессора, это следующая большая революция. Используя антитела против иммунных контрольных точек, лечение активирует иммунный ответ. Новые препараты позволяют Т-клеткам снова распознавать и уничтожать опухолевые клетки.

Ингибиторы иммунных контрольных точек используются сегодня при различных формах рака, в том числе при раке почки, раке желудка, раке гортани, меланоме и раке легкого.

Иммунотерапия и CAR T-клеточная терапия рака в Европе: две надежды

Началась «большая революция» иммунотерапии, и уже открылась следующая глава под названием CAR T-клеточная терапия рака. При этом варианте лечения иммунные клетки пациента модифицируются не в организме, а в фармацевтических лабораториях.

В результате Т-лимфоциты получают новый рецептор, который распознает уникальные белковые структуры опухолевых клеток, чтобы атакуя их. Технология CAR-T очень сложна в своей реализации и доступна далеко не во всех клиниках Европы.

Обстоятельства, в которой она используется, являются рискованными, потому что пациенты много раз безуспешно подвергались лечению. Сегодня эта дорогостоящая терапия назначается только в тех случаях, когда других терапевтических опций не осталось.

Бокемейер объясняет технологию: «Сотрудники лаборатории стимулируют эти Т-клетки, изменяют и возвращают, что удается далеко не каждому пациенту. Но в случае терапевтического ответа мы видим выживание — в настоящее время все еще с коротким временем наблюдения едва ли два года — это примерно 50% пациентов. Для случаев, которые хорошо реагируют на CAR-T, цифра составляет около 80%».

В ситуации, когда этим людям оставалось не более трех месяцев жизни, CAR T-клеточную терапию можно назвать настоящим прорывом в европейской онкологии.

Эпоха химиотерапии пока вряд ли подойдет к своему концу. Нынешние исследования в основном сосредоточены на лечении пациентов иммунотерапией в комбинации с химиотерапией. У некоторых пациентов, в том числе с немелкоклеточным раком легких, иммунотерапия резко повышает шансы на выживание.

Заключение профессора Бокемейера: «С моей точки зрения, эти исследования никогда не были настолько успешными, как сегодня. Мы действительно можем воплотить эти фундаментальные результаты в инновационные методы лечения рака».

За последние десять лет было одобрено много новых лекарств против множественной миеломы, которые значительно улучшили лечение этого редкого рака крови

Нет обсуждения рака без обсуждения стоимости

Когда дело доходит до достижений в онкологии, обсуждение затрат не за горами.

Это сводится к вопросу: может ли система здравоохранения профинансировать последствия инновационного бума?

Стоимость лекарств, которая составляет сотни тысяч евро в год, подвергается критике со стороны общественности. Более того, стоимость производства препаратов для CAR T-клеточной иммунотерапии составляет лишь часть общей стоимости.

На заседании HSK д-р Томас Мюллер, начальник отдела лекарств, медицинских приборов и биотехнологий Федерального министерства здравоохранения Германии, ясно дал понять, что он думает об этой противоречивой ситуации.

«Существует довольно простая позиция, которая гласит: почему мы тратим так много? Молекула не стоит так дорого. В принципе, стоимость производства такой молекулы или антитела гораздо меньше 100 000 евро в год. Ответ сложней, потому что мы знаем, что инновации в фармацевтике — это творчество, исследования и разработки, для которых нужны стимулы. Мы хотим, чтобы самые умные люди, самые лучшие исследователи и компании работали в этой области здравоохранения», - говорит Мюллер.

Важно понимать, что любые технические инновации также имеют стимулы.

И стимулы в частном здравоохранении — это возможность впоследствии заработать на своей разработке.

Системы, которые не опирались на инициативы частного сектора, отставали в области разработке лекарств. У нас есть веские причины защищать эту систему. Но жизнь требует, чтобы государство держало цены на приемлемом уровне.

В этом плане развивающаяся иммунотерапия рака в Европе требует неотложного решения серьезных проблем финансирования и регулирования. «Модели с возвратом денег» (Geld-zurück-Modelle) могут быть таким решением.

В этом отношении быстрые инновации, такие как технология CAR-T, также приводят в движение другие инновационные процессы. В Германии два производителя заключили так называемые «основанные на результатах» контракты с некоторыми медицинскими страховыми компаниями. Это своего рода «модель с возвратом денег».

Принцип простой и справедливый: если пациенты не реагируют или плохо реагируют на лечение, компания может вернуть потраченные деньги у разработчика.

Идея состоит в том, чтобы сделать инновационные и потенциально спасительные методы лечения доступными как можно быстрее, принимая во внимание аспекты экономической эффективности.

Будем надеяться, что этот путь развития иммунотерапии в Европе вскоре принесет пользу многочисленным медицинским туристам, которые ищут эффективные и доступные методы лечения рака.

Похожие статьи
показать еще