Синдром мышцы, поднимающей лопатку («лопаточно-реберный синдром»)

17 Марта в 18:34 5440 0


Частое вовлечение какой-либо мышцы в рефлекторный тонический или дистрофический процесс еще не является поводом для выделения соответствующего синдрома. В этом случае поражение мышцы, поднимающей лопатку, можно обозначить как синдром только лишь в кавычках. То же касается другого обозначения — «лопаточно-реберный синдром» (Michele A. et al, 1950, 1968). Он отражает роль лопаточно-реберных, т.е. костных элементов, вовлекаемых в данную патологию вместе с их ближайшими мягкими структурами: связками, слизистыми сумками. Роль этих структур подтверждается тем, что клинические проявления часто обнаруживаются у лиц с недостаточной конгруэнтностью поверхностей лопатки и грудной клетки. Это субъекты с «круглой» или плоской спиной.

sheya5.10_.JPG


Рис. 5.10. Схематическое изображение некоторых мышц лопатки и надлопаточного нерва: 1 — полуостистая головы; 2 — ременная головы; 3 — малая ромбовидная; 4 — поднимающая лопатку; 5 — надлопаточный нерв; 6 — надлопаточная; 7 — подлопаточная; 8 — большая круглая; 9 — большая ромбовидная.


Согласно A. Sola и R.Williams (1956), а также J.Travell и D.Simons (1983), поражение мышцы, поднимающей лопатку, встречается исключительно часто, выступая в качестве основной причины «болезненной скованной шеи» или кривошеи.

Развитию же страдания способствуют функциональные факторы: перенапряжение мышц, фиксирующих лопатку. Наиболее выраженные изменения находят в мышце, поднимающей лопатку. Это мышца второго слоя спины. Прикрытая трапециевидной, она лентовидно простирается в заднебоковых отделах шеи (рис. 5.10). Места ее начала — задние бугорки поперечных отростков четырех верхних шейных позвонков. Мышца аналогична лестничной, начинающейся от передних бугорков поперечных отростков шейных позвонков. Если передняя лестничная прикрепляется к первому ребру, описываемая мышца прикрепляется к верхнему отделу медиального края лопатки и к верхнему ее углу. Обе мышцы, подобно упругим вантам, обеспечивают движения шеи в передне- и заднебоковом направлениях и ее динамическую фиксацию. По отношению же к верхнему углу лопатки мышца осуществляет тягу его вверх и внутрь, а надостная, начинающаяся от стенок надостной ямки, особенно от верхнего угла лопатки, осуществляет ее тягу кнаружи при фиксированном плече. Это относится и к подостной мышце. Описанные отношения крайне важны, т.к. в надостной мышце часто локализуются болезненные мышечные уплотнения, здесь часто испытываются спонтанные боли при лопаточно-реберном синдроме. J.Travell и D.Simons (1983), а также A.Sola и R.Williams (1956) указывают на то, что поражение этой мышцы встречается исключительно часто, выступая в качестве основной причины «болезненной скованной шеи» или кривошеи.

Больные с «лопаточно-реберным синдромом» жалуются на чувство тяжести, ноющие и мозжащие боли вначале в области лопатки, ближе к ее верхне-внутреннему углу, затем и в надплечье, с отдачей в плечевой сустав, реже, в плечо и по боковой поверхности грудной клетки. Одновременно болевые ощущения испытываются в шее, особенно при динамических нагрузках на нее, зачастую при перемене погоды. Эти перегрузки определяют во многом хронически-рецидивирующее течение. «Триггерный пункт» — наиболее болезненная зона, при давлении на которую боли отдают в надплечье и шею — место прикрепления мышцы, поднимающей лопатку. Паравертебральные точки В.Г.Лазарева (1936) на уровне Тщ-Ту, видимо, связаны с явлением нейро-остеофиброза в том же пункте и в капсулах соответствующих поперечно-реберных суставов. A.Abrams еще в 1910 г. в книге «Spondylotherapy» обратил внимание на особенности физикальных показателей в вертебропаравертебральной зоне на уровне Trv-Tvi. Это уровень бифуркации трахеи. При фонендоскопии здесь определяется тупость, распространяющаяся больше вправо, особенно при увеличении бронхиальных желез. Автор указывает при этом и на признак Петрушевского — болезненность между лопатками. Стимуляция этих пунктов давлением сопровождается усилением или возникновением болей в лопаточно-плечевой области. При движении лопатки нередко определяется характерный хруст в области ее внутреннего угла. Диагностике синдрома способствует и проба с новокаиновой инфильтрацией мышцы вблизи места прикрепления ее к лопатке. Е.С.Заславский (1976) выявил у больных с поражением мышцы, поднимающей лопатку, электромиографические и микроциркуляторные сдвиги, характерные для нейродистрофического процесса.



При дистрофических поражениях позвоночника верхнелопаточные боли наиболее часто возникают у лиц с поражением ПДС Cjv-v и реже — CV-vi (Попелянский А.Я., 1978; Заславский Е.С., 1979).

Описываемый синдром — проявление патологии не только данной, но и некоторых соседних мышц: вертикальной порции трапециевидной, надостной, подостной, подлопаточной и др. Вместе с костно-хрящевыми структурами мышечно-фиброзные ткани шеи при их поражении в верхних отделах являются источником иррадиационного болевого вегетативного синдрома в краниовертебральной области. Включение в патологию данной, как и других шейных мышц, определяется не только их локальными особенностями. Т.к. тонус повышается, мышцы шеи предпочтительнее других поражаются при невротических головных болях напряжения. Это касается, в частности, синдрома мышцы, поднимающей лопатку (Четких Н.Л., 1992). Поражение нижних ПДС шейного отдела позвоночника является чаще источником подобных брахио-пекторальных синдромов. Их окраска определяется соответствующими анатомо-физиологическими особенностями верхнего, среднего и нижнего уровней цервикальной патологии (Albert И., 1963; Попелянский А.Я., 1978). Так, при дистрофической патологии верхнешейного уровня вертебральный синдром характеризуется ограничением поворотов головы. В этих условиях, по данным А.Я.Попелянского (1978), возможные еще ротационные движения шеи мало отражаются на сосудистых реакциях, возникающих в ответ на искусственное растяжение сплетения позвоночной артерии. Во время же наклонов головы, которые при верхнешейной патологии сохранились в достаточной мере, упомянутые сосудистые реакции угнетены. Другими словами, угнетаются реакции на сохраненные, но потому опасные, т.е. не обеспечивающие защитной иммобилизации, движения.

При поражении среднего и нижнего уровней, когда больше ограничены наклоны головы, упомянутое угнетение сосудистых реакций наблюдается в ответ на повороты головы. Другая особенность вертебрального синдрома верхнего уровня, по наблюдениям того же автора, — это относительно неблагоприятное течение, нередко с тяжелыми экзацербациями церебральных проявлений. Особенности вертебрального синдрома нижнешейного уровня — это преобладание супрабрахиальгической и скапулальгической иррадиации боли при искусственном раздражении рецепторов пораженного диска, большая, чем при верхнем уровне, частота и продолжительность обострений. Особенности вертеб-ральной патологии среднешейного уровня — отсутствие альгических иррадиации за пределы шеи, выраженная скованность шейного отдела; в анамнезе и статусе этих больных весьма часто встречаются сопутствующие заболевания внутренних органов.

Скапулальгию при данном синдроме не следует смешивать со специфическим синдромом Персонейдж-Тернера. 

Я.Ю. Попелянский
Ортопедическая неврология (вертеброневрология)
Похожие статьи
показать еще
 
Нейрохирургия и неврология