Гипотиреоз. Клиническая картина

01 Августа в 20:01 4601 0


Первичный гипотиреоз, представленный преимущественно его «идиопатической» формой, чаще наблюдается у женщин 40-60 лет. В последние десятилетия отмечен рост всех аутоиммунных заболеваний, в том числе и гипотиреоза. В связи с этим возрастные рамки значительно расширились (заболевание наблюдается и у детей, и у подростков, и у пожилых людей), а половая принадлежность стала стираться. Особое значение и в плане диагностики, и в плане лечения приобретал гипотиреоз у больных пожилого возраста, при котором ряд общих неспецифических симптомов может быть ошибочно отнесен к естественной возрастной инволюции или органной патологии.

Клиническая картина выраженного гипотиреоза очень полиморфна, и больные предъявляют массу жалоб: на вялость, медлительность, быструю утомляемость и снижение работоспособности, сонливость днем и нарушение ночного сна, ухудшение памяти, сухость кожи, отечность лица и конечностей, ломкость и исчерченность ногтей, выпадение волос, увеличение массы тела, парестезию, нередко обильные или скудные менструации, иногда аменорею. Многие отмечают упорные боли в пояснице, однако этот симптом исчезает в результате эффективной тиреоидной терапии, не привлекает внимания врачей и обычно расценивается как проявление остеохондроза.

Выраженность и быстрота развития симптомов гипотиреоза зависят от причины заболевания, степени тиреоидной недостаточности и индивидуальных особенностей больного. Тотальная тиреоидэктомия ведет к быстрому развитию гипотиреоза. Однако и после субтотальной операции в первый год или в дальнейшем у 5-30 % оперированных развивается гипотиреоз. Наличие антитиреоидных антител может быть одной из его причин.

Начальные проявления заболевания характеризуются скудной и неспецифической симптоматикой (слабость, быстрая утомляемость, снижение работоспособности, боли в сердце и др.), и больные могут длительно безуспешно наблюдаться по поводу «церебрального склероза», «пиелонефрита», «анемии», «стенокардии», «депрессии», «остеохондроза» и др. При выраженном гипотиреозе вид больных весьма характерен: периорбитальный отек, бледное, одутловатое и маскообразное лицо. Отечные и укрупненные черты лица иногда напоминают акромегалоидные.

Больные зябнут и кутаются в теплую одежду и при высокой окружающей температуре, так как низкий основной обмен, нарушение терморегуляции с преобладанием теплоотдачи над теплопродукцией снижают толерантность к холоду. Замедление периферического кровотока, нередко сопутствующая анемия и специфический отек делают кожу бледной, тугоподвижной, холодной на ощупь. Наряду с этим у отдельных больных (женщин) на фоне общей бледности появляется яркий, ограниченный румянец на щеках. Кожа сухая, шелушащаяся, с участками ороговения, особенно на стопах, передней поверхности голеней, коленях, локтях.

Отечность голосовых связок и языка приводит к замедленной, нечеткой речи, тембр голоса снижается и грубеет. Язык увеличивается в объеме, на его боковых поверхностях видны следы, вмятины от зубов. Увеличение языка и голосовых связок вызывает эпизоды апноэ во сне. Из-за отека среднего уха нередко снижается слух. Отмечается ломкость и сухость волос, их поредение на голове, в подмышечных впадинах, лобке, в наружной трети бровей. Снижается секреция сальных и потовых желез, нередко наблюдается желтушность кожных покровов, чаще в виде пятен на ладонной поверхности кистей из-за избытка циркулирующего в-каротина, замедленно трансформирующегося в печени в витамин А.

В связи с этим иногда ставится ошибочный диагноз хронического гепатита. Отмечаются миалгии, уменьшение мышечной силы и повышение мышечной утомляемости, особенно в проксимальных группах. Мышечные боли, судороги и замедленная релаксация — наиболее общие проявления гипотиреоидной миопатии, а ее выраженность пропорциональна тяжести гипотиреоза.

Мышечная масса увеличивается, мышцы становятся плотными, тугоподвижными, хорошо контурируются. Возникает так называемая псевдогипертрофия мышц.

Костные поражения нехарактерны для гипотиреоза взрослых. Умеренный остеопороз развивается лишь при длительном и тяжелом течении. Снижение содержания минеральных веществ в костной ткани может быть после тотальной тиреоидэктомии, очевидно, в связи с дефицитом кальцитонина. В юношеском возрасте и у больных гипотиреозом с детских лет, но плохо леченных, может быть дефект эпифизарного окостенения, отставание «костного» возраста от хронологического, замедление линейного роста и укорочение конечностей. Нередко наблюдаются артралгии, артропатии, синовиты и артрозы.

Нарушения со стороны сердечно-сосудистой системы очень разнообразны. Поражение миокарда с последующим развитием гипотиреоидного сердца появляется уже на ранних стадиях заболевания. Больных беспокоит одышка, усиливающаяся даже при незначительном физическом напряжении, неприятные ощущения и боли в области сердца и за грудиной. В отличие от истинной стенокардии они часто не связаны с физической нагрузкой и не всегда купируются нитроглицерином, однако это различие не может быть надежным дифференциально-диагностическим критерием. Специфические изменения в миокарде (отек, набухание, мышечная дегенерация и др.) ослабляют его сократительную способность, вызывая уменьшение ударного объема, сердечного выброса в целом, снижение кубатуры циркулирующей крови и удлинение времени циркуляции.

Поражение миокарда, перикарда и тоногенная дилатация полостей увеличивают объем сердца, что клинически характеризуется перкуторными и рентгенологическими признаками расширения его границ. Ослабляется сердечная пульсация, приглушается звучность тонов.

Брадикардия с малым и мягким пульсом — типичный симптом гипотиреоза. Она наблюдается в 30-60 % случаев. У значительной части больных частота пульса в пределах нормы, а приблизительно у 10 % отмечается тахикардия. Низкий метаболический баланс кислорода в органах и тканях и в этой связи относительная сохранность артериовенозной разницы в содержании кислорода лимитируют механизмы сердечно-сосудистой недостаточности. Неадекватные лечебные дозы тиреоидных гормонов, усиливающие утилизацию кислорода, могут ее спровоцировать, особенно у больных пожилого возраста. Нарушения ритма очень редки, но могут появляться в связи с тиреоидной терапией. Артериальное давление может быть низким, нормальным и повышенным. Артериальная гипертензия, по данным разных авторов, отмечена у 10-50 % больных. Она может снижаться и даже исчезать под влиянием эффективной тиреоидной терапии.

Широкие статистические исследования показали, что связанное с возрастом постепенное повышение артериального давления более выражено у гипотиреоидных пациентов, чем у лиц с нормальной функцией щитовидной железы. В связи с этим гипотиреоз может быть отнесен к факторам риска для развития гипертензии. Об этом же свидетельствует синдром посттиреотоксической гипертензии, возникающий после операции по поводу ДТЗ. Однако традиционное представление об атерогенном действии гипотиреоза, ускоряющего развитие атеросклероза, гипертензии и ишемической болезни сердца, рассматривается сегодня неоднозначно.

В наших наблюдениях гипертензия обнаружена у 14 из 47 больных (29 %). Средний возраст больных 46-52 года.

Большинство безуспешно лечились по поводу гипертонической болезни в терапевтических и кардиологических стационарах.

Гипертензия у отдельных больных была очень высокой (220/140 мм рт. ст.). По мере уменьшения гипотиреоидной симптоматики в результате успешной терапии снижалась или нормализовалась гипертензия у большинства больных.

Обращает на себя внимание тот факт, что гипотензивный эффект тиреоидной терапии выявляется довольно быстро с момента ее начала и задолго до наступления полной компенсации тиреоидной недостаточности. Последнее исключает связь гипотиреоидной гипертензии с глубокими структурными изменениями в миокарде и сосудах. Однако у лиц пожилого возраста с естественным развитием атеросклероза гипотензивный эффект невелик и нестабилен. Выраженная гипертензия, маскирующая и «отодвигающая» гипотиреоидную симптоматику, — одна из частых причин несвоевременной диагностики гипотиреоза и назначения тиреоидных препаратов.

В процессе адекватной тиреоидной терапии у лиц различного возраста при наличии гипертензии и без нее нередко исчезают боли за грудиной, которые длительно расцениваются как стенокардические. Очевидно, при гипотиреозе наблюдаются два клинически трудно различимых вида болей: истинно коронарогенные (особенно у лиц пожилого возраста), которые могут усиливаться и учащаться даже при очень осторожной тиреоидной терапии, и метаболические, исчезающие в процессе лечения.

Одним из характерных симптомов у 30-80 % больных является наличие жидкости в перикарде. Объем перикардиального выпота может быть небольшим (15-20 мл) и значительным (100-150 мл). Жидкость накапливается медленно и постепенно, и такой грозный симптом, как тампонада сердца, наблюдается крайне редко. Перикардит может сочетаться с другими проявлениями гипотиреоидного полисерозита — гидротораксом, асцитом, характерным для аутоиммунного поражения с тяжелой аутоагрессией. При выраженном полисерозите другая симптоматика гипотиреоза может быть не столь очевидна.

Известны наблюдения, документированные эффективным лечением, когда выпот в серозные оболочки был единственным проявлением гипотиреоза. Полагают, что имеется известный параллелизм между тяжестью гипотиреоза, уровнем повышения креатинфосфокиназы в крови и наличием перикардиального выпота. Наиболее чувствительным и достоверным методом обнаружения жидкости в перикарде является эхокардиография, которая также позволяет регистрировать ее уменьшение, наблюдаемое через несколько месяцев, а иногда и лет адекватного лечения. Метаболические процессы в миокарде, перикардиальная симптоматика, особенно при наличии выпота, и гипоксия формируют комплекс изменений ЭКГ в основном неспецифического характера. Низковольтная электрокардиограмма наблюдается приблизительно у одной трети больных.

Часто отмечаемая деформация конечной части желудочного комплекса (снижение, двуфазность и инверсия зубца Т) не имеют диагностического значения, так как не в меньшей мере характерны для атеросклероза коронарных сосудов. Именно эти изменения в сочетании с болевым синдромом, а иногда и с артериальной гипертензией ведут к гипердиагностике ишемической болезни сердца. Лучшим доказательством их метаболической природы является исчезновение болей и положительная ЭКГ-динамика в процессе лечения.

Отклонения со стороны дыхательной системы характеризуются мышечной дискоординацией, центральными регуляторными нарушениями, альвеолярной гиповентиляцией, гипоксией, гиперкапнией и отеком слизистой оболочки дыхательных путей.

Больные склонны к бронхиту, пневмонии, которые отличаются вялым, затяжным течением, иногда без температурных реакций.

Имеется ряд желудочно-кишечных расстройств: снижение аппетита, тошнота, метеоризм, запоры. Снижение тонуса мускулатуры кишечника и желчных путей ведет к застою желчи в пузыре и способствует образованию камней, развитию мегаколон и иногда кишечной непроходимости с картиной «острого живота».

Выделение жидкости почками уменьшено и за счет низкой периферической гемодинамики, и в результате повышенного уровня вазопрессина; атония мочевыводящих путей благоприятствует развитию инфекции. Иногда может быть легкая протеинурия, снижение фильтрации и почечного кровотока. Тяжелых нарушений почечной гемодинамики обычно не бывает.



Расстройства периферической нервной системы проявляются парестезиями, невралгиями, замедлением сухожильных рефлексов; скорость прохождения импульса по ахиллову сухожилию при гипотиреозе замедляется. Симптомы полиневропатии могут быть не только при явном гипотиреозе, но и при скрытом.

Та или иная степень психических расстройств наблюдается у всех больных, а иногда они доминируют в клинической симптоматике. Характерны вялость, апатичность, ухудшение памяти, безразличие к окружающему; снижаются способность концентрировать внимание, острота восприятия и реакции. Извращается сон, больных беспокоит сонливость днем и бессонница ночью. Наряду с психической индифферентностью может быть повышенная раздражительность и нервозность.

При длительно нелеченном заболевании развивается тяжелый гипотиреоидный хронический психосиндром, вплоть до психозов, по своей структуре приближающихся к эндогенным (шизофреноподобный, маниакально-депрессивный психоз и др.).

Гипотиреозу могут сопутствовать те или иные проявления офтальмопатии, однако они встречаются значительно реже, чем при тиреотоксикозе, и не имеют тенденции к прогрессированию. Обычно наблюдаются периорбитальный отек, птоз, аномалии рефракции. Изменения со стороны зрительного нерва и отеки сетчатки очень редки.

Нарушения в крови в той или иной степени обнаружены у 60-70 % больных. Ахлоргидрия, уменьшение всасывания в желудочно-кишечном тракте железа, витамина B12 и фолиевой кислоты, угнетение обменных процессов в костном мозге лежат в основе «тиреогенных» анемий, которые могут быть гипохромными, нормохромными и даже гиперхромными.

Анемии аутоиммунного генеза сопутствуют тяжелым аутоиммунным формам гипотиреоза; при этом может быть и диспротеинемия, и снижение общего белка в крови в связи с выходом его из сосудистого русла в результате повышенной сосудистой проницаемости. Больные склонны к гиперкоагуляционным процессам из-за повышения толерантности плазмы к гепарину и увеличения уровня свободного фибриногена.

Содержание сахара в крови натощак обычно нормальное или несколько снижено. В качестве редкого осложнения описаны даже гипогликемические комы. В связи с медленным всасыванием глюкозы в кишечнике и ее утилизацией гликемическая кривая с нагрузкой может быть уплощенной. Сочетание сахарного диабета и гипотиреоза наблюдается редко, обычно при полиэндокринных аутоиммунных поражениях. При декомпенсации гипотиреоза потребность в инсулине у больных сахарным диабетом может снижаться, а в условиях полноценной заместительной терапии — увеличиваться.

Гипотиреоз сопровождается повышением синтеза холестерина (его уровень возрастает иногда до 12-14 ммоль/л) и снижением его катаболизма; угнетением обмена и скорости клиренса хиломикронов, повышенным ростом количества общих триглицеридов и триглицеридов липопротеидов низкой плотности. Вместе с тем у ряда больных липидный спектр существенно не нарушается, и содержание холестерина в крови остается нормальным.

В последние годы оживился интерес к синдрому первичного гипотиреоза галактореи-аменореи. Повысился уровень диагностики этой патологии и ее дифференциации от других, во многом сходных по клинике, но принципиально отличающихся по патогенезу синдромов с первичным нарушением центральной регуляции и секреции пролактина и гонадотропинов (синдром Киари—Фроммеля, Форбса—Олбрайта и др.). Своеобразие синдрома позволило обособить его в клиническую форму, известную под названием синдрома Ван-Вика—Хеннеса—Росса.

В 1960 г. J. J. Van Wyk и М. М. Grambah сообщили о необычном течении первичного гипотиреоза у 3 девочек (7, 8 и 12 лет), сочетающегося с макромастией, галактореей и половой дисфункцией (преждевременное menarche и метроррагия при отсутствии полового оволосения) Отметив в результате тиреоидной терапии нормализацию общего состояния и регресс симптомов преждевременного полового развития с возвращением к допубертатному состоянию, прекращение галактореи и восстановление структуры и размеров ранее увеличенного турецкого седла, авторы предложили патогенетическую концепцию неспецифического гормонального «перекреста», не утратившую своей значимости и поныне.

Они также указали на вторичный механизм развития аденомы гипофиза при длительно нелеченной микседеме. U. Hennes и F. Ross наблюдали послеродовое течение первичного гипотиреоза с лактореей и аменореей, а иногда и метроррагиями, но без изменений турецкого седла. Обсуждая механизмы гормонального «перекреста» на уровне гипофиза, когда снижение периферического уровня тиреоидных гормонов через стимуляцию ТРГ увеличивает выброс не только ТТГ, но и пролактина, авторы допускали, что, наряду с эффектом стимуляции, происходит подавление и пролактинингибирующего фактора (ПИФ), и ЛГ-рилизинг-фактора.

Последнее нарушает секрецию гонадотропинов и половых гормонов. В «перекрест» могут вовлекаться и нетрадиционные связи, например, гиперпигментация за счет избытка меланинцитостимулирующего гормона и метроррагии в результате избытка гонадотропинов.

Синдром Ван-Вика—Хеннеса—Росса (перечисление авторов в такой последовательности соответствует хронологии) есть сочетание первичного гипотиреоза, галактореи, аменореи или других нарушений менструального цикла с аденомой гипофиза или без нее. В синдроме следует выделить ювенильный вариант Ван-Вика (имеющий некоторые возрастные особенности, когда часть параметров созревания опережает возраст, а часть — отсутствует) и послеродовой — Хеннеса—Росса. Синдром «перекреста» свидетельствует об отсутствии узкой специализации и гипоталамических, и гипофизарных механизмов отрицательной обратной связи. В гипофизе может резко возрастать резерв не только ТТГ, но и пролактина (ПРЛ), а также СТГ, что наиболее демонстративно выявляется в пробе с тиролиберином.

Очевидно, данный синдром развивается у больных первичным гипотиреозом тогда, когда снижение уровня периферических тиреоидных гормонов приводит всю лактогенную систему (ТРГ, ТТГ, ПРЛ) в состояние крайнего напряжения. Этот же механизм сочетанной центральной гиперактивности тиреотрофов и лактотрофов путем их гиперплазии и аденоматозной трансформации чаще, чем в общей группе больных первичным гипотиреозом, стимулирует вторичную аденому гипофиза. У длительно нелеченных больных аденома гипофиза может приобрести черты автономности и не реагировать ни на ТРГ, ни на уровень периферических гормонов.

Рентгенологически и с помощью компьютерного сканирования обнаруживаются аденомы гипофиза, в отдельных случаях выходящие за пределы турецкого седла. Нередко наблюдаются дефекты полей зрения, главным образом центрального (сдавление хиазмы). Коррекция дефектов полей зрения, а иногда и регресс некоторых рентгенологических симптомов аденомы гипофиза наступает через несколько месяцев или лет тиреоидной терапии. Провоцируют заболевание беременность и особенно роды с их естественной физиологической гиперпролактинемией и угнетением цикличности гонадотропинов.

После родов суммируется патологическая галакторея, вызванная гипотиреозом, который мог длительно протекать скрыто, и физиологическая, послеродовая. Подобная ситуация приводит к манифестации гипотиреоза, а с другой стороны, маскирует истинную природу заболевания, затрудняя своевременную диагностику. Послеродовое течение и гипотиреоидная симптоматика симулируют пангипопитуитаризм, однако сам факт лактореи и гиперпролактинемии его исключает.

Мы наблюдали больную И., 29 лет, у которой классические симптомы (послеродовая аменореялакторея, гипотиреоз, аденома гипофиза) сочетались с высокой стабильной гипертензией (220/140 мм рт. ст.). Постепенное исчезновение всех симптомов, включая и значительное снижение гипертензии, отмечено через 4 мес лечения тиреокомбом (1,5-2 таблетки ежедневно).

Результаты пробы с ТРГ (рис. 39) до лечения свидетельствовали об автономности аденомы гипофиза (высокий базальный уровень ТТГ и ПРЛ, отсутствие эффекта стимуляции ТТГ и слабая стимуляция ПРЛ). Подобный эффект описан в литературе.

Через 4 мес тиреоидной терапии (см. рис. 39) отмечено снижение базальных величин гормонов и нормализация эффекта стимуляции. Мы также наблюдали мальчика 15 лет с тяжелым, плохо леченным врожденным гипотиреозом, с типичной задержкой роста, замедленной дифференцировкой ядер окостенения, отсутствием полового оволосения и половозрелостью наружных половых органов. Диссоциация в половом развитии исчезла по мере устранения гипотиреоза.

Результаты пробы с ТРГ по реакции ТТГ больной И до и через 4 мес от начала лечения
Рис. 39. Результаты пробы с ТРГ по реакции ТТГ больной И до и через 4 мес от начала лечения:
1 — до лечения тиреоидными препаратами; 2 — контрольная группа; 3 — через 4 мес от начала лечения.

Нет существенных клинических отличий между выраженными формами первичного и вторичного гипотиреоза. Однако наличие в щитовидной железе базальной, нестимулируемой секреции тиреоидных гормонов несколько смягчает клинические проявления вторичного гипотиреоза. Классической формой вторичной тиреоидной недостаточности является гипотиреоз у больных с послеродовым пангипопитуитаризмом (синдром Шиена). Тиреоидная недостаточность при различных гипоталамо-гипофизарных заболеваниях (гипофизарный нанизм, акромегалия, адипозогенитальная дистрофия) сочетается с нарушением роста, полового развития, патологией жирового обмена, несахарным диабетом.

Наиболее тяжелым, нередко смертельным осложнением гипотиреоза является гипотиреоидная кома. Это осложнение возникает обычно у пожилых женщин с недиагностированным или длительно не леченным, а также плохо леченным гипотиреозом. Провоцирующие моменты: охлаждение, особенно в сочетании с гиподинамией, сердечно-сосудистая недостаточность, инфаркт миокарда, острые инфекции, психоэмоциональные и мышечные перегрузки, различные заболевания и состояния, способствующие гипотермии, а именно желудочно-кишечные и другие кровотечения, интоксикация (алкоголь, наркоз, анестезирующие средства, барбитураты, опиаты, транквилизаторы и др.).

Важнейшие клинические ориентиры: сухая, бледно-желтушная, холодная кожа, иногда с геморрагическими высыпаниями, брадикардия, гипотония, резкое дыхание, олигурия, снижение и даже исчезновение сухожильных рефлексов.

Гипотиреоидный полисерозит с накоплением жидкости в перикарде, плевре и брюшной полости, сопутствующий наиболее тяжелым формам гипотериоза, в сочетании с истинной сердечно-сосудистой недостаточностью, редко наблюдаемой при гипотиреозе и чаще при коме, создают определенные дифференциально-диагностические трудности. Лабораторные исследования выявляют гипоксию, гиперкапнию, гипогликемию, гипонатриемию, ацидоз (в том числе за счет повышения уровней молочной кислоты), высокий уровень холестерина и нарушения липидного спектра, увеличение гематокритного числа и вязкости крови. Решающее значение для диагностики могут иметь низкие уровни тиреоидных гормонов (Т3, Т4) в крови и высокий — ТТГ, но срочное выполнение этих исследований не всегда возможно.

Н.Т. Старкова
Похожие статьи
показать еще
 
Эндокринная хирургия