Интервью врачей и специалистов:

Иммунотерапия рака: прошлое, настоящее и будущее в лечении онкологических заболеваний

Администратор 28 Февраля в 4:00 382 0
Иммунотерапия рака: прошлое, настоящее и будущее в лечении онкологических заболеваний

Доктор Чарльз Экл, лондонский хирург с Харли-стрит, исследователь в области иммунологии и иммунотерапии

В 2007 году лондонский хирург с Харли-стрит при финансовой поддержке одного из благодарных пациентов основал компанию Immodulon Therapeutics.

Его мечтой изначально было вывести на рынок иммунотерапевтический препарат, который трансформирует лечение рака и окончательно победит болезнь.

За 10 лет Immodulon стала известной биофармацевтической компанией с амбициозными долгосрочными проектами и солидными инвестициями. Чарльз Экл, ее основатель и бессменный руководитель, не покидает надежду покончить с раком, и сегодня он близок к цели.

Доктор Чарльз Экл (Charles Akle) многие годы работал хирургом в известной лондонской больнице Guy’s Hospital NHS, а впоследствии ушел в науку, сосредоточившись на исследованиях в области иммунологии и иммунотерапии.

На посту заведующего хирургическим отделением Экл внедрил много инноваций в технику лапароскопической минимально инвазивной хирургии, оставив глубокий след в британской хирургической практике. В исследовательской работе был не менее успешен: статья Экла по иммунологии человеческого амниона в свое время публиковалась авторитетным научным журналом Nature.

- Доктор Экл, расскажите с начала: как возникла иммунотерапия?

- Дедушкой иммунотерапии рака может считаться мой коллега Уильям Коули, нью-йоркский хирург, практиковавший в конце XIX – начале XX века.

Он впервые использовал вытяжки из болезнетворных стрептококков и серраций («токсины Коули») для лечения детей, страдающий неизлечимым недугом – саркомой. Согласно наблюдениям Коули, положительный ответ на терапию был очевиден, а продолжительность жизни пациентов увеличивалась практически на 40%.

К сожалению, пока никто не сумел воспроизвести результаты, описанные доктором Коули. Но обнадеживающие новости быстро пересекли Атлантику, и накануне Первой мировой войны иммунотерапия стала широко известна в Великобритании.

Правда, британцы намеревались использовать метод для лечения инфекционных заболеваний. Теория заключалась в том, что сыворотку крови реконвалесцента можно вводить в организм больного человека для активизации его защитных реакций.

- Но ведь появились антибиотики, как они повлияли на иммунотерапию?

- Вы правы, первые антибиотики фактически похоронили инновационный метод.

Когда в 1920-х годах Александр Флеминг презентовал пенициллин, антибиотики на долгое время стали «магической пулей», отбросившей иммунотерапию в утиль.

Тем не менее, спустя почти столетие растущая антибиотикорезистентность принесла человечеству понимание, что антибиотики далеки от решения наших проблем. Термины вроде «апокалипсис антибиотиков» стали нередкими в наше время, и забытая иммунотерапия подняла свою голову.

Туберкулез – вот хороший пример.

Для его лечения в 1930-х годах был применен стрептомицин, но микобактерия стремительно приобрела устойчивость к стрептомицину и еще трем мощным антибиотикам, внедренным в практику в течение ХХ столетия.

Сегодня мультирезистентный туберкулез стал страшным убийцей для развивающихся стран, а иммунотерапия видится единственным решением этого кризиса.

А ведь антибиотикорезистентность было так просто предсказать! Бактерии обитали на планете за миллионы лет до многоклеточных организмов, обзаводясь оружием и средствами противодействия этому оружию, вытесняя и конкурируя.

Если Вы возьмете бактерии где-нибудь у индейцев Амазонии, никогда не вступавших в контакт с европейцами, и сравните гены этих микробов с нашими, то удивитесь. Гены антибиотикорезистентности существовали много тысячелетий назад.

- Расскажите, как сегодня возрождается иммунотерапия?

- В контексте растущей антибиотикорезистентности и краха надежд на «магическую пулю», врачи все чаще обращаются к иммунотерапии, не только в онкологии.

На протяжении десятилетий мы совершенствовали три основных направления борьбы с раком – химиотерапию, лучевую терапию и хирургическое лечение. Но теперь пришло понимание, что нужно смотреть глубже, в корни эволюционного дерева. В чудесный инструмент, которым сама природа борется с раком – иммунную систему.

Вот почему я решил создать компанию Immodulon в 2007 году, на волне этих масштабных преобразований. Я не сомневаюсь, что рано или поздно мы подойдем к созданию эффективных иммунотерапевтических препаратов против любого рака.

- Какова роль иммунотерапии в трансплантологии?

- Когда я начал работать над иммунотерапией десять лет назад, мои исследования были посвящены трансплантации органов, особенно клеток поджелудочной железы.

Я и многие мои коллеги быстро поняли, что при вынужденном подавлении иммунитета реципиентов вероятность рака существенно возрастает. Сегодня все знают, что лекарства для профилактики отторжения трансплантата увеличивают риск онкозаболеваний.

Был недавно весьма примечательный случай.

Двум пациентам пересадили почки от одного донора. Оба через некоторое время заболели злокачественной меланомой.

Причина была в том, что донор за десять лет до своей гибели болел меланомой, однако лечение прошло успешно и его органы официально признали «чистыми».

Но оставались в организме дормантные (дремлющие) раковые клетки. После пересадки новым хозяевам и продолжительной терапии иммуносупрессорами рак проснулся и разгорелся словно лесной пожар.

Один из реципиентов умер от унаследованной таким образом меланомы. Второго удалось спасти, быстро удалив пораженную почку и остановив иммуносупрессоры. Это яркий, ужасный пример того, как тесно взаимодействует иммунная система и рак.

- Как работает иммунотерапия на практике?

- Иммунотерапия состоит из двух элементов.

Во-первых, необходимо настроить иммунную систему – это называет иммуномодуляцией или иммунной регуляцией.

Во-вторых, требуется агент, который действует как усилитель – это иммуноадъювант.

Проведем аналогию с радио.

Если Вы хотите послушать радиопередачу, придется настроиться на любимую радиостанцию – это иммуномодуляция (найти специфическую мишень в организме). Затем нужно включить радиоприемник на нужную громкость (усилить иммунный ответ организма до требуемой «громкости»).

То есть весь процесс заключается в поиске цели и настройке «громкости». Если организм не получит иммуноадъюванта, то самая высокоточная иммунотерапия может оказаться безрезультатной.

Простейший иммуноадъювант – алюминий.

Сегодня существует огромное множество адъювантов, но большая часть из них – примитивные субстанции, которые работают недостаточно эффективно.

По этой причине так тяжело сегодня разрабатывать иммунотерапию против малярии, глистов и других «хитрых» организмов, научившихся прятаться от иммунной системы.

Вопрос в том, где искать идеальный иммуноадъювант! Он может находиться под землей, на химическом производстве или в каком-нибудь хряще акулы. Поиски безграничны.

- Каким Вы видите будущее иммунотерапии рака?

- Я верю, что иммунотерапия будет играть важнейшую роль в лечении онкозаболеваний.

Это самый перспективный путь развития онкологии на сегодняшний день.

Хотя не отрицаю того факта, что онкохирургия, химиотерапия и лучевая терапия рака продолжат выполнять свои функции и станут единым гармоничным оркестром. Однако лечить опухоли без активного участия иммунной системы самого пациента считаю бесперспективным занятием, в широком смысле.

Наконец, я предвижу качественный переход от нынешней примитивной иммунотерапии, направленной на выработку приобретенной защиты, к врожденному иммунитету. Именно так: людей будущего можно сделать от рождения невосприимчивыми к любому раку, и это во власти науки.

Это то, ради чего работают компании, подобные Immodulon.
Похожие статьи
показать еще